кино twilight edward

Январь, 2012

9

Трансформация образа вампира в массовой культуре: от Носферату до Эдварда Каллена

Сегодня уже невозможно сказать, сколько веков или даже тысячелетий существуют легенды о вампирах. Они не являются частью фольклора какой-то конкретной страны, однако упоминания о «детях ночи» в разной форме встречаются и в мифологии разных стран. Основная часть легенд о вампирах и способах борьбы с ними возникла в Европе в Средние Века, когда интерес к мистицизму особенно возрос в связи с сильным влиянием религии. Именно тогда начал формироваться классический образ вампира, который, несмотря на свою темную сущность, все же остается привлекательным. Эту трактовку использовали Дж. Полидори в новелле «Вампир» и Брем Стокер в произведении «Дракула», из которого вампиры пришли в массовую культуру.

Современное кино успешно использует тему вампиризма и вампирской эстетики, что подтверждается массовым производством кино и сериалов о вампирах, основной аудиторией которых являются подростки. Нельзя сказать, что искусство не должно приносить денег, однако такой поворот в сторону массовой культуры, нивелирует то эстетическое значение кино, которое было задано и сформировано изначально.

В начале ХХ века кинопроизводство уже активно развивалось, основным центром его был и остается Голливуд, однако в то время наиболее яркие культурные события происходили в Германии, где возникло направление, которое сегодня называют немецким экспрессионизмом. Один из наиболее заметных режиссеров этого течения, Фридрих Вильгельм Мурнау, в 1922 году создал фильм о вампирах по мотивам романа Брема Стокера «Дракула», объединив мифы и верования народов Восточной Европы и литературную основу. Черно-белый немой фильм назывался «Носферату. Симфония ужаса» и представлял собой не столько экранизацию произведения, сколько экспрессивный этюд, в котором Мурнау визуализировал человеческие страхи и их природу, используя образ вампира как метафору и своеобразный символ «темной» природы человека. Сегодня многие называют работу Мурнау первым фильмом о вампирах, что не совсем верно. В начале ХХ века было снято несколько немых фильмов о вампирах, однако, ни один из них полностью до нас не дошел. В любом случае, постановка Мурнау определенно была первым заметным фильмом на эту тему.

В начале 30х годов темой вампиризма занялся известный американский режиссер Тод Браунинг. Его первая лента о вампирах «Лондон после полуночи», к сожалению, была утрачена, до нас дошли лишь небольшие фрагменты. Второй его фильм «Дракула» является экранизацией одноименного романа Брема Стокера. Эта работа Браунинга считается каноническим фильмом о вампирах. Роль Дракулы сыграл венгерский актер Бела Лугоши, имя которого значит для истории кино о вампирах почти столько же, сколько имя самого графа. Именно в ленте Браунинга впервые был представлен тот образ вампира, которой сегодня считается классическим. Режиссер уходит от восприятия вампира как монстра, он – создание, скорее, близкое человеку. Кроме того, в образе Дракулы появляется эротический компонент. Темная сущность вампира ассоциировалась с его ночной активностью, а ночь традиционно воспринималась как нечто связанное с сексуальностью человека. Человек нуждался в переосмыслении своей природы, сексуальность перестала быть табуированной темой, соответственно, пришло время посмотреть на вампиров, как на существ, не противостоящих человеку, но близких ему.

После фильма Браунинга Голливуд практически монопольно снимал кино о вампирах, однако, их жанровые характеристики изменились. Режиссеры перешли от хоррора к пародийным фильмам ужасов, совмещая историю Дракулы с историей Франкенштейна. На этой волне в историю кинематографа пришел новый жанр – «трэш». В основном это были дешевые, плохо снятые фильмы с кустарными декорациями, что превращало фильм ужасов в комедию. И хотя родоначальником этого направления считается Эд Вуд, мало работавший с темой вампиров, история трэш-кино идет от более ранних фильмов-предшественников, таких как «Дочь Дракулы», «Дом Франкенштейна», «Дом Дракулы». Традиции этого жанра позднее нашли свое воплощение в работах Романа Полански и Мэла Брукса.

Однако кино о вампирах отнюдь не было посвящено только Дракуле, хотя до сих пор его образ в той или иной форме используется во всех тематических фильмах. История о графине Батори, которая легла в основу новеллы «Кармилла», ввела в кинематограф женский образ вампира. В 1964 году вышел одноименный итальянский фильм. В отличие от мужских образов, пусть и привязанных к Дракуле, женские образы еще более статичны. Женщина-вампир намного агрессивнее, в ее характере нет противоречий, она однозначно отрицательный персонаж. Меняется ее сексуальность, она так же привлекательна, как и вампиры мужского пола, но ее ориентация выходит за рамки традиционной. Тема нетрадиционной ориентации женщин-вампиров привела к появлению нового поджанра, который часто содержал комедийные или пародийные элементы, например, в фильмах «Любовницы-вампирши» (1970), «Убийцы вампирш-лесбиянок» (2009).

В 70-х, когда фестивальное и авторское кино однозначно отделяется от массовой культуры, фильмы о вампирах остаются тем жанром, который все еще балансирует между ними. Это направление в кино остается относительно независимым явлением, непривязанным ни к мейнстриму, ни к арт-хаусу, ни к фильмам ужасов.

В 1974 году выходит фильм «Кровь Дракулы» Пола Морриси и Энди Уорхола, известного художника и деятеля искусства, основателя поп-арта. Образ Дракулы, созданный Удо Киром, во многом дублирует образ Белы Лугоши, однако характер уорхоловского Дракулы мягче, и сам он гораздо уязвимее, чем его предшественники. Жанр фильма балансирует на грани драмы, ужасов, пародии и социальной сатиры, поэтому сложно дать однозначную характеристику образу вампира именно в этой ленте. Работа Энди Уорхола и Морриси не является культовой в массовой культуре, но их подход к истории о Дракуле однозначно можно назвать одним из наиболее оригинальных во всей истории кино о вампирах.

Следующим значимым для истории фильмом о вампирах можно назвать «Голод», полнометражный дебют американского режиссера Тони Скотта, главные роли в котором исполнили Катрин Денев, Дэвид Боуи и Сьюзен Сарандон. Рассказывая историю о странном вирусе, который заставляет стареть даже бессмертных, режиссер обращается к вечной теме жизни и смерти, объединяя эти понятия через любовь, пусть иногда это чувство и понимается превратно. Образ мужчины-вампира в этом фильме вторичен, на первом плане – женщина-вампир, холодная и жесткая, и в подтверждение традиции – бисексуальная. Тони Скотт, как и его предшественники, пытается передать бессознательное и сексуальность человека, используя образ вампира как художественное средство. Во время превращения в вампира человек освобождается от тех социальных надстроек, которые раньше сдерживали его инстинктивные порывы, и поэтому вампиром правит только чувство голода, как в прямом, так и в переносном смысле.

Лента Тони Скотта является культовой для готической субкультуры, которая благодаря фильму «Голод» начала использовать вампирскую эстетику. Кроме того, в фильме звучит песня группы Bauhaus ‘Bela Lugoshi Is Dead’ (Бела Лугоши умер), что отсылает нас к самым истокам.

Последней успешной и наиболее масштабной постановкой о Дракуле был фильм «Дракула Брема Стокера» Френсиса Форда Копполы с Гэри Олдмэном, Киану Ривзом, Вайноной Райдер и Энтони Хопкинсом в главных ролях. Режиссер представляет наиболее точную и соответствующую книге постановку, стараясь понять замысел автора, но не навязать свое собственное прочтение романа. Дракула (Гэри Олдман) не лишен человеческого, хотя бы в силу своего прошлого, однако его превращение было и внутренним, и внешним. И будучи созданием антропоморфным, Дракула все равно остается монстром, в котором воплощаются все человеческие страхи и пороки. Он не может быть сексуальным объектом в традиционном, даже линейном, если говорить математическими терминами, понимании сексуальности. Однако Дракула несет в себе порочное инстинктивное начало, которое подчиняет себе человека. Последний пытается уйти из-под вампирского контроля при помощи социальных традиций и моральных установок, таким образом, мы выходим на противопоставление вампира – «бессознательного» или вампира-либидо и человека-Я.

Несколько новое видение образа вампира представлено в фильме Нила Джордана «Интервью с вампиром» (1994), снятого по мотивам одноименного романа Энн Райс. Характеры главных героев подобны человеческим, у вампиров есть свои законы, традиции и даже некое подобие морали. Они представлены не как случайные одиночки, вампиры существуют как сообщество, социальные связи которого определяются биологией вампиров как вида. Сексуальность мужчины-вампира второстепенна, точнее, второстепенным является тот ее аспект, который понятен нам в рамках природы человеческой. Сексуальное влечение вампиров не определяется инстинктами, они их лишены, отношения между вампирами более духовны в силу того, что законы природы человеческой больше к ним не применимы. Образ мужчины-вампира здесь сохраняет свою классическую эстетику, однако, вампир лишен маскулинных характеристик Дракулы, кроме того, он часто гомосексуален. Вампиры показаны как чувствительные и тонкие натуры, и эстетика для них не только внешнее, это их восприятие мира. Именно эта трактовка оказала наиболее сильное влияние на формирование образа вампира в массовой культуре 90-х и начала XXI века, он стал более человечным и романтичным, что позволило определить целевую аудиторию, которая включала подростков и молодых девушек.

В 1995 году на экраны выходит фильм Абеля Феррары «Зависимость» с Лили Тейлор и Кристофером Уокеном в главных ролях. Фильм рассказывает о превращении студентки философского факультета в вампира. Переживая физические метаморфозы, девушка теряет свою человеческую природу, и, понимая это, старается сделать все, чтобы сохранить себя. Лента Абеля Феррары является уникальной в своем жанре, показывая философский анализ бытия с точки зрения человека и вампира, трансформации понятий греха и раскаяния в случае человека и полного их отсутствия в случае вампира. Образ вампира в фильме Феррары интеллектуален, он лишен зависимости от мира людей и их потребностей, вампир нуждается только в крови, его инстинкт один – голод. Однако процесс превращения физического происходит параллельно с превращением внутренним, т е переосмыслением самого себя в контексте нового вида и новой жизни. И сам факт такого перехода из одного состояния в другое уже интеллектуально возвышает вампира над человечеством, хотя зависимость от крови и, соответственно, убийств, низводит вампира до животного уровня. Феррара не привнес ничего нового в вампирскую эстетику, однако, его трактовка сущности вампира и философского переосмысления человеческой жизни определенно являются весомым вкладом в развитие авторского кино о вампирах.

В связи с коммерциализацией кинопроизводства образ вампира и вампирская эстетика в 90-х широко используются в массовой культуре, особенно на телевидении. Популярный сериал «Баффи-истребительница вампиров» (1997-2003) принес в кинематограф тот самый рафинированный образ положительного метросексуального вампира, который сегодня используется и в кино, и на телевидении.

В 90-х вампирское кино начинает менять свою стилистику, переходя от романтической готичной эстетики к более привычным для человека образам. Меняется жанровая интерпретация, драмы и фильмы ужасов сменяются боевиками, а трактовка образа вампира сводится к первичной, он позиционируется как монстр, которого надо уничтожить, в чем становится подобным зомби, не менее популярным персонажам из фильмов ужасов. Эта трактовка, в частности, используется у Роберта Родригеса в пародийном фильме «От заката до рассвета», в «Вампирах» Карпентера и во многих других фильмах, включая множество второстепенных малобюджетных проектов, выходивших только для домашнего просмотра. Использование вампирской эстетики в производстве боевиков и хорроров популярно до сих пор, о чем свидетельствуют такие проекты, как «Блейд», «30 дней ночи», «Дракула 2000», «Я – легенда».

Восприятие вампира в фантастических боевиках часто зависит от того, строится ли сюжет на противостоянии людей и вампиров – тогда последние воспринимаются как монстры, или же когда противостояние основано на каких-либо идейных убеждениях, – тогда вампир воспринимается как личность. В последнем случае сюжет может быть основан на ситуациях, когда люди объединяются с вампирами для борьбы с общим врагом, когда сражаются разные кланы вампиров или же когда сюжет фильма построен на войне вампиров с другими фантастическими существами.

Заслуживают внимания и проекты, в основу которых легли «правило маскарада» и принцип клановой организации вампиров как социальной структуры, взятые из серии компьютерных игр «Vampire: The Masquerade». Среди фильмов, использующих этот подход – «Другой мир», сериал «Клан», частично цикл фильмов «Блейд». Образ вампира в них обычно приближен к человеческому, отдельно подчеркивается только сексуальность и сверхъестественная сила.

В 2002 году на экраны выходит сразу два заметных фильма о вампирах «Королева проклятых», экранизация по мотивам произведений Энн Райс, и «Ван Хельсинг», еще одна интерпретация на тему Дракулы, только в качестве главного героя выступает не вампир, а человек, который ему противостоит. Если в «Ван Хельсинге» используется классический образ Дракулы, то в фильме «Королева проклятых», который является продолжением «Интервью с вампиром», главный герой, вампир Лестат, предстает в образе, скорее, рок-звезды, которая, несмотря на свой противоречивый стиль жизни, остается положительным и привлекательным, особенно сексуально, персонажем. Несмотря на то, что вампиры в обоих фильмах достаточно харизматичны, легко заметить, что обе экранизации используют массу голливудских шаблонов, что отнюдь не способствует развитию образов и появлению оригинальных подходов к теме.

Кино о вампирах, будучи коммерчески привлекательным, выпускается в основном в США, стране, которая является своеобразным центром развития массовой культуры. Традиционно коммерческому кино противопоставляется фестивальное и авторское, производство которого сосредоточено, в основном, в Европе. Из-за недостатка финансирования и традиционного предпочтения более реалистичных историй фантастические сюжеты не так широко используются в европейском кино, поэтому, едва ли не единственным заметным фильмом о вампирах последнего десятилетия можно назвать ленту «Впусти меня» шведского режиссера Томаса Альфредсона (2008). В фильме рассказывается история о маленькой девочке-вампире, поэтому в отличие от других фильмов, здесь образ вампира практически лишен сексуальных характеристик, и, в общем, сами вампиры отличаются от человека только бессмертием, сверхъестественными способностями и потребностью в человеческой крови. Оригинальность видения шведского режиссера заключается в том, что впервые характер вампира раскрывается независимо от традиционных интерпретаций, связанных с гиперсексуальностью образа. Альфредсон уходит от излюбленных сюжетных линий фильмов о вампирах и погружает главную героиню в обычную социальную среду, которая делает вампира зависимым от людей, а не наоборот.

В 2009 году на Каннском кинофестивале был представлен фильм «Жажда» корейского режиссера Чан Вук Пака, рассказывающий о физических и духовных метаморфозах бывшего священника, случайно превратившегося в вампира. Используя классическую интерпретацию образа, режиссер, однако, представляет оригинальную работу, что связано, прежде всего, со спецификой восточного мировоззрения. Жестокость вампиров доведена до абсурдных крайностей, а каждое убийство показано с точностью до последней капли крови. Сущность вампира здесь представлена как сверхъестественная надстройка к человеку, которая дает ему физическое превосходство над другими людьми. За счет силы и своего бессмертия вчерашний человек освобождается от ответственности, он привязан к социуму только вечным чувством жажды и остатками социальных связей. Ощущая свое превосходство, теряя зависимость и ответственность, выходя за рамки человеческого существования, вампир теряет то, что делало его человеком, и, по сути, его личность сводится только к многократным проявлениям нечеловеческой силы и жестокости.

Каждый год в кинотеатрах успешно прокатывается новая экранизация очередной части «Сумеречной саги» американской писательницы Стефани Майер. Все фильмы собрали приличную кассу и завоевали огромную популярность среди молодежи. Серия произведений, которые легли в основу фильмов, рассказывает о любви вампира и школьницы, что само по себе является калькой типичного фильма для подростков, где сюжет основан на романтических отношениях «крутого парня» и «серой мышки». Вампир здесь максимально приближен к человеку, его нечеловеческая неконтролируемая природа зависит только от потребления человеческой крови, что с точностью повторяет характеристики вампира в сериале «Баффи – истребительница вампиров». Подобные мысли высказывает Луи, герои книги и фильма «Интервью с вампиром». В истории кино о вампирах отказ от человеческой крови всегда рассматривался как положительный шаг, так как именно убийство лишало вампира его человеческой духовной природы. Помимо использования шаблонных схем в фильме «Сумерки», равно как и в книге, не наблюдается никакого развития образа вампира. Ориентация на девочек-подростков в качестве целевой аудитории приводит к тому, что все события в фильме привязаны к романтическим отношениям между главными героями. Можно даже отметить некую деградацию вампира, который больше не противопоставляет себя человечеству, системе или чему-либо еще, он дублирует классические социальные роли человека, в том числе и гендерные – главный герой, Эдвард Каллен, например, является типичным «принцем на белом коне», а Белла – Золушкой, инфантильной девушкой, жизнь которой привязана только к молодому человеку и его успеху.

Парадокс фильма «Сумерки» состоит не только в использовании шаблонных сюжетных линий, но и в его успехе. С одной стороны, конечно, можно считать положительным, что кино о вампирах сегодня снова востребовано, однако нельзя не заметить, что наиболее коммерчески успешный молодежный фильм не только не использует богатейший материал истории кино о вампирах, но и делает большой шаг назад, представляя на экране вампира только как новую оболочку для «прекрасного принца». Такой подход, естественно, нивелирует предыдущий кинематографический опыт более глубоких интерпретаций. Таким образом, становится очевидным негативное влияние коммерческого кино на видение тех тем, которые раньше позиционировались как альтернативные, что, в целом, представляет сегодня проблему не только для фильмов о вампирах, но и для всего кинематографа.

Black Dog

 


9 комментариев к Трансформация образа вампира в массовой культуре: от Носферату до Эдварда Каллена

  1. t пишет:

    прекрасный обзор. жаль, что нет упоминания сериала “настоящая кровь”, где сюжет развивается вокруг выхода вампиров в человеческое общество с попыткой мирного сосуществования и социализации

    • Black Dog пишет:

      Да, автору тоже жаль, но оценивались только ключевые фильмы и сериалы. Пока что “Настоящая кровь” не изменила мир.

  2. Pattinson пишет:

    если в ближайшее время не выйдет никакого фильма, способного перекрыть сумерки, тематика обречена на медленное вырождение. люди просто откажутся воспринимать вампиров без лака для волос и подводки для глаз. хотя в этом что-то есть)

    • Black Dog пишет:

      Их уже и сейчас не воспринимают без лака))
      Их еще со времен Лугоши воспринимают как образец сексуальности, только теперь фильмы на любую тему снимают по одному сценарию, меняя лишь имена героев и антураж, в этом и проблема.

  3. Shwbz пишет:

    раньше их боялись, сейчас боятся в них влюбиться

  4. Black Dog пишет:

    У страха всегда есть некий эротический компонент, поэтому в наше время страшно, что это становится массовым)

  5. Дэш пишет:

    Спасибо за интересный и увлекательный рассказ!

  6. Lana пишет:

    а нет желаниявозможности сделать подобный обзор по русским вампирам? Я по ним диплом пишу и складывается впечатление что мы от европейского вампира были страсть как далеки Может мы в конце концов и дадим новую жизнь жанру?

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Наверх ↑