мир 2

Май, 2013

0

Иезуиты: гении или злодеи?

Иезуиты. Название этого одиозного ордена у всех на слуху, а в связи с недавним конклавом, избравшим иезуита Хорхе Бергольйо римским папой, в мире снова возрос интерес к этому загадочному и пользующему противоречивой репутацией обществу. Не хотелось бы обходить стороной эту интересную тему.

Для начала, проведем небольшой ликбез по истории и терминологии католицизма. Возникновение ордена связано с целой чередой событий, произошедших в Европе на стыке средневековья и ренессанса. Орден – это сообщество людей, объединенных определёнными взглядами на те или иные аспекты монашеской жизни в частном, и христианской духовности в целом.

Орденов существует бесчисленное множество, и редкий специалист разбирается в нюансах их отличий. Разнообразие образов жизни, целей, уставов и направлений, дают верующему, решившему посвятить свою жизнь Богу, широкий спектр вариантов. Выбирай, что ближе тебе: молчаливое уединение бенедиктинцев, активная преподавательская работа доминиканцев, аскетический мистицизм кармелитов, или францисканская проповедь любви, мира и смирения. Помимо этого, есть большое количество конгрегаций, обществ апостольской жизни и организаций, работающих в больницах, детских домах, школах, ухаживающих за бедными, ведущих работу среди мирян.

Иезуиты охватывали своей деятельностью почти все вышеперечисленные занятия. В то же время, отдельные положения их устава кардинально отличались, давая им очень широкие полномочия.

В начале XVI века Европа напоминала пороховую бочку. Подросток Карл пятый, король Испании, унаследовал от деда трон священной римской империи, став таким образом повелителем земель от Нидерландов на севере, до Сицилии на юге, и от Чехии на востоке, до бесконечных земель Нового Света на западе. Естественно, империя Габсбургов была «колоссом на глиняных ногах». Французский король Франциск лелеял амбициозные планы покорения Италии, а в Англии, только что оправившейся от «Войны Роз», воцарились деспотичные Тюдоры.

В Италии царил Ренессанс. Генуя, Венеция и Флоренция воевали между собой. Папство утопало в роскоши. Окружив себя лучшими в мире художниками и архитекторами, римские понтифики возводили дворцы, устраивали шумные карнавалы и предавались самым безобразным излишествам. Честолюбивый Юлий Второй задумал воплотить в жизнь вечную мечту о папском величии – строительство собора святого Петра. Стройка затягивалась и стоила слишком дорого. Церковь решила выходить из ситуации привычным образом: по всей Европе было объявлено о продаже индульгенций в пользу церковной казны. Это вызвало шквал возмущения, особенно в обедневшей и феодально раздробленной Германии. В Виттенберге скромный августинский монах Лютер прибил к двери собора листок с 95-ю тезисами, критикующими злоупотребления папства, не ожидая, что этим он взорвёт всю Европу.

Дело в том, что католическая церковь давно утратила доверие народных масс и интеллигенции. Злоупотребления священников, большинство из которых даже не знали латыни, гротескно изображены на картинах Босха и высмеяны в трудах Эразма Ротердамского. Священники уже не воспринимались как представители Бога на земле, в лучшем случае их терпели.

Возникали различные формы протеста. Европа кишела бесчисленным множеством скрытых ересей, сект и оккультных течений. С другой стороны, среди мирян и монахов, ещё не утративших веру и благочестие, ширились мистические настроения. Все ожидали конца света, антихриста, всюду искали признаки грядущего апокалипсиса.

Когда в 1520-х годах грянула реформация, казалось, конец света наступил. Обезумевшие толпы людей громили прекрасные готические соборы, убивали священников, уничтожали произведения искусства. Европа раскололась на протестантов и католиков. К первым отошли Скандинавия, Чехия, северная часть Германии, Швейцария и Англия. Католичество держало позиции а Италии, Испании, Португалии, Австрии, и частично Франции. Общество нуждалось в новых методах решения сложившейся ситуации.

Игнатий

Человек, изменивший дальнейший ход истории, родился в Испании. Был он баском, и происходил из семьи небогатого, но очень знатного идальго. Звали его Иниго Лопес де Рикальдо, но история помнит его как Игнатия Лойолу, по названию его родового поместья.

Будучи молодым человеком, Игнатий, как и большинство отпрысков знати, выбрал военную карьеру. Став рыцарем, молодой баск мечтал о доблестных подвигах и благосклонности дамы сердца. Ни далеко идущих планов о спасении церкви, ни мысли о всемирном величии его ордена, ни уж тем более, никакого желания стать монахом.

Всё изменил случай. Карл Пятый объявил войну Франции. Театром боевых действий оказался север пиренейского полуострова, и молодого Лойолу отправили командовать обороной одной из ключевых крепостей – Памплоны.

Гарнизон не был настроен на сопротивление, но молодой идальго рвался в бой. Когда французы начали штурм крепости, Игнатий первым бежал на стены, побуждая своих товарищей сражаться. Неожиданное прямое попадание пушечного ядра в стену сразило храбреца наповал, раздробив в клочья ногу. Памплона сдалась. Пораженные храбростью Лойолы французы сами отвезли его в родительский замок.

Он выжил. Сложная операция была очень болезненной и длилась много часов, но в последствии поврежденная нога стала значительно короче здоровой. Игнатий был в ужасе: ему, молодому офицеру, рыцарю, любимцу женщин, предстояло на всю жизнь остаться калекой. Цепляясь за последнюю надежду, он подверг себя ещё одной мучительной процедуре: больную конечность около месяца растягивали с помощью специального станка. Но всё было тщетно…

Не сложно представить себе эмоциональное состояние нашего героя. Подавленный, прикованный к постели, разбитый судьбой молодой человек маялся в родительском доме.

Он начал читать. Хотелось рыцарских романов о подвигах и прекрасных дамах, но вместо них был только скучные жития святых и их нравоучения. Игнатий затосковал. С неохотой взялся он за биографии столпов католической святости Франциска и Доминика, но к его собственному удивлению, они ему очень понравились. Ведь оба подвижника, как и он, были знатными людьми, полными надежд и свершений, презревшими мирскую славу и беззаветно предавшимися духовным подвигам.

В голове Игнатия возникла новая мысль: бросить все и стать доблестным рыцарем в армии Христа.

Окрепнув, ночью он сбежал из дому. Оделся в рубище, сел на мула, и поехал поклониться Мадонне, в древнем горном монастыре Монсеррат. В дороге Игнатий строго постился, а в монастыре бодрствовал всю ночь, оставив на утро у статуи своё оружие. Теперь он рыцарь Пресвятой девы, а она – дама его сердца.

Следующим пунктом была Барселона. Здесь Игнатий мечтал сесть на корабль и отправиться в Святую Землю, проповедовать христианство мусульманам. Но в городе свирепствует чума, порт закрыт, и горе-миссионер удаляется в пещеру на берегу реки, для аскезы и размышлений. Именно здесь на свет рождается иезуитский бестселлер – «Духовные упражнения». Это сборник мистических наставлений, поэтапно готовящих начинающего к духовному обращению.

Сидеть на месте Игнатию не хотелось, но жажда проповеди наткнулась на его полную безграмотность. Несколько раз опозоренный на городских площадях, и даже обвиненный в ереси, Лойола принимает решение в 35 лет идти учиться в школу. Преподаватели латинской грамматики снисходительно отнеслись к взрослому «школьнику», и после нескольких месяцев обучения разрешили поступать в университет. Но здесь он привлекает к себе внимание вездесущей испанской инквизиции. Всё обошлось простым выговором и советом инквизитора продолжать учёбу, но гордость Игнатия была уязвлена: он принимает решение покинуть Испанию и уезжает в Париж, слушать лекции в Сорбонне.

Именно здесь заканчивается история пылкого и мечтательного романтика, и начинается история гениально манипулятора. Аскезы и постоянное пребывание под пристальным надзором инквизиции превратили Игнатия в очень сдержанного, скрытного и рассудительного человека, ясно видящего новую цель – создание нового монашеского ордена для аристократов, объединяющего в себе идеалы рыцарской романтики с методичным изучением и преподаванием богословских истин.

Завербовав пятерых сокурсников,15 августа 1534 года в маленькой часовне на Монмартре Игнатий Лойола основывает «общество Иисуса». Его союзники – молодые студенты, выходцы из дворян или городской элиты. Их цель – проповедь христовой веры мусульманам, а если это не удастся в течение года, они предоставят себя в распоряжение римского папы, пускай он решает, куда применить их таланты.

Обстоятельства сложились так, что в Палестину им уехать не удалось, и они отправились в Рим. Папа радушно принял Игнатия и его товарищей, и постановил, что здесь, в Европе, молодые, образованные и очень активные проповедники ему нужны. Ведь на дворе бушевала реформация, и католическая церковь должна была дать ей достойный ответ. Папа официально утвердил орден, наделив его невероятными полномочиями и обязанностями. Иезуиты не были в прямом смысле монахами: у них не было монастырей, они не читали ежедневное молитвенное правило. Но они давали три стандартных монашеских обета: бедности, целомудрия и послушания, к которым Папа прибавил дополнительный обет – послушание его власти.

Школы

Ещё в свою бытность студентом Игнатий осознал, что спасти позиции католичества может только воспитанная, культурная и образованная в строгом церковном духе интеллигенция. Фактор кнута инквизиторов уже не работал, иезуиты взялись за пряник.

Как грибы после дождя, по всей Европе стали расти иезуитские коллегии. В них работали прошедшие личный отбор Игнатия учителя. Государственная поддержка и личная протекция папства сыграли не последнюю роль. Семьи дворян и горожан отдавали своих любимых отпрысков на воспитание иезуитам. Очень скоро в школах не было свободных мест, необходимость открытия новых коллегий росла с каждым днём. В Европе начался иезуитский бум.

Успех этих учебных заведений объясняется гуманными методами работы иезуитов. Учёбе отводилось 4-5 часов в день, программа была облегчена. Кроме латыни и философии, дети изучали математику, географию, риторику и естествознание. Впервые в истории в программу были введены уроки физкультуры, фехтования, конной езды, устраивались периодические экскурсии. И никаких телесных наказаний! Ставилось только два требования: учиться и быть хорошим католиком.

Обучение в иезуитских школах стоило хороших денег, постепенно орден начал богатеть. Другим ключом к власти была исповедь. Выполняя в коллегиях и на приходах обязанности духовников, братья постепенно становились повелителями человеческих душ.

Машина, созданная Игнатием, работала безупречно. Сидя в центральном офисе в Риме, он руководил этим механизмом. Организация ордена была так же безупречна.

Все члены общества разбивались на 4 группы: от «послушников» до «исполняющих четыре обета», каждый выполнял свои функции. Хорошо зарекомендовавший себя брат переходил на следующую ступень, получая больше полномочий. Во главе ордена стоял генерал, подчинявшийся лично папе. Иезуиты были освобождены от всех государственных обязанностей, где бы они не находились. На них не действовали законы, над ними не властвовали короли.

Братья всегда выделялись из толпы. Одевались они в чёрную сутану с белым воротничком, чёрный плащ – накидку, на голове носили берету или черную широкополую шляпу, коротко стриглись и носили аккуратные бородки. Всегда молчаливые и скрытные, они напоминали солдат вездесущей армии «чёрного папы» (так они называли своего генерала). Специально обученные в коллегиях и вдохновленные личным примером Игнатия, они были готовы подчиниться каждому слову генерала, не жалея даже собственной жизни.

Миссии и крах ордена

В 1541 году Франциск Ксаверий, друг и ближайший последователь Лойолы, сел в Лиссабоне на португальский корабль и отправился к берегам Индии. Он был полон энтузиазма, хорош собой, образован, но главное – у этого молодого проповедника была невероятная харизма. Начальство поставило перед Ксаверием ясную цель: проповедь христианства язычникам юго-восточной Азии.

Миссия Франциска началась в Гоа, где он нашел огромное число приверженцев среди представителей низших индийских каст. Обещанием рая после смерти, подарками, а иногда откровенным подкупом, он завоевал души десятков тысяч индусов. Его энтузиазм этим не заканчивался, и после длительных путешествий и проповедей среди жителей Малаккского полуострова, в августе 1549 года он достиг берегов Японии.

Эта дивная страна с мягким климатом, трудолюбивым населением и высокой культурой, поразила умы европейцев. Франциск понимал, что здесь ему предстоит особая работа, и начал учить японский. Каждое утро он выходил на городские площади, держа в руке распятие, громко звонил в ручной колокольчик, привлекая к себе внимание. Казалось, что его обаяние начало подкупать японцев, и у него появлялись последователи. Но он наступал на те же грабли, что и в Индии: почти все его последователи были представителями низших слоев общества, а самураи и буддийское духовенство относилось к нему крайне враждебно. Второй проблемой Франциска было его желание обратить как можно больше людей в христианство, – его мало заботило качество веры обращенных.

Не намереваясь задерживаться в Японии надолго, Ксаверий рвался в Китай. Но до материка ему доехать не получилось: уставший от изнурительных путешествий и подкошенный малярией, Франциск умирает в дороге. Проповедь евангелия в Китае продолжат его последователи, один из которых, Маттео Риччи, станет приближенным императора и получит при дворе славу великого математика и художника.

Сфера влияния иезуитов не оканчивалась Азией. После смерти Лойолы орден начинает активно осваивать Северную и Южную Америки. Бесстрашная армия «чёрного папы» будет, рискуя жизнью, пробираться в джунгли Амазонки к диким племена ирокезов Квебека. Часто отцы становились мучениками, но индейцы быстро сообразили, что «черных ряс» бояться нечего, и начали активно обращаться в католичество.

Именно в Южной Америке, в густых джунглях Парагвая иезуиты развернули ещё один из своих проектов – редукции. Редукции представляли собой поселения индейцев от 1000 до 8000 человек, руководимыми 3-4 иезуитами. Индейцы обрабатывали поля с хлопком, табаком, маисом, а отцы занимались административной работой и преподавали. Частной собственности не было, всё было общим, материальные блага распределялись поровну. Система наказаний была очень мягкой, смертная казнь в редукциях не применялась. Звучит утопично, но существовало много «но». Редукции тормозили колонизацию региона, и это вызывало массу недовольства со стороны европейцев.

К восемнадцатому веку дела ордена в Европе тоже пошли на спад. Отцы слишком далеко зашли в своих попытках влиять на личную жизнь и политические интриги при дворах Старого Света. Их агентурные сети сильно мешали монархам, ведь иезуиты не подчинялись их власти.

Молодое поколение, воспитанное в коллегиях, постепенно выходило из под контроля церкви, в их головах витали идеи просвещения, умами завладели Вольтер, Дидро и Руссо. Назревала катастрофа, над орденом сгущались тучи.

Папа Климент XIV под давлением королей Франции, Испании и Португалии в 1773 году распустил орден. Казалось, что детищу Лойолы наступил конец.

Братство выжило в России. Хитроумная Екатерина II, назло папскому декрету, сохранила орден на своих территориях, – здесь они даже не заметили перемен. Именно российские иезуиты послужили основой ордена после его восстановления через 40 лет. Европа была истерзана наполеоновскими войнами, и папство снова нуждалось в их поддержке.

В 1814 году орден был восстановлен во всех полномочиях, но дальнейшая его история стала лишь бледной тенью прошлого.

Сегодня иезуиты ведут работу на приходах и в школах по всему миру. В их подчинении свои университеты, где они продолжают развивать наследие Игнатия Лойолы. В ордене состоят 18 с лишним тысяч человек, один из которых в этом году возглавил католическую церковь.

Антон Фоменко


Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Наверх ↑